Kirill Pankratov (neznaika_nalune) wrote,
Kirill Pankratov
neznaika_nalune

Categories:

Сентябрь 2013: несостоявшаяся война в Сирии

Год назад, 21 августа 2013, произошла, по-видимому, одна из самых крупных военных провокаций в современной истории, которая едва не привела мир к ещё одной войне на Ближнем Востоке, но была предотвращена в основном усилиями российской дипломатии.

В этот день один из дальних пригородов Дамаска, Восточная Гута, подвергся массированной химической атаке, жертвами которой оказались сотни жителей. Число жертв неизвестно до сих пор, из разных источников назывались цифры от двухсот до полутора тысяч человек.

США и другие западные страны в первые дни после атаки обвинили в атаке правительство Асада и обьявили что оно переступило "красную линию", которую они сами назначили для Сирии, и заявили о подготовке атаки на вооружённые силы и правительственные обьекты Сирии и военной помощи боевикам оппозиции. Подобное развитие событий двумя годами ранее в Ливии (где западные страны обвинили праящий режим в расстреле "мирной" демонстрации в Бенгази) привело к вооружённому вмешательству и падению правительства Каддафи.

Но с самого начала этих событий Восточной Гуте были заметны множество обстоятельств, заставляющих сомневаться в предложенной США и союзниками версии событий. Во-первых, химическая атака была крайне невыгодна правительству Асада по политическим соображениям, но чрезвычайно выгодна его противникам. В последние месяцы, с весны 2013 года события развивались в благоприятном плане для сирийского режима. Правительственные войска перешли к наступлению на большинстве фронтов, на других - положение стабилизировалось. К августу 2013 практически не было военных участков где бы правительственые силы теряли позиции. Это предтавляло разительный контраст с ситуацией годичной давности, середины 2012, когда боевики наступали почти по всем фронтам и западные комментаторы смаковали что режиму осталось жить считанные недели.

В политической ситуации тоже произошли разительные перемены. Самой крупной из них стал военный переворот в Египте в начале июня 2013, сместивший президента Морси, представителя радикальной организации "Братьев Мусульман". Новая военная администрация Египта сразу дала понять что она, в отличии от Морси, не заинтересована в поддержке сирийской оппозиции, и начала восстанавливать отношения с правительсвом Асада, Но, помимо практического, события в Египте имели и очень большое символическое значение. Фактически они означали конец идеи поддерживаемой Западом "Арабской весны", которая якобы должна привести к освобождению и демократическим преобразованиям в арабском мире. Египет - главная страна региона - в результате этих революций пришёл к резкому падению экономики, росту экстремизма, разграблению и уничтожению многих культурных ценностей, в конце концов - к ещё более репрессивному режиму чем во времена Мубарака. Не лучше обстояли дела и в Ливии, которая в результате падения Каддафи оказалась разделена на зоны влияния различных группировок и "полевых комнадиров", всё чаще воюющих между собой. К лету 2013 заметно уменьшилась и поддержка возможной интервенции в Сирии в общественном мнении на Западе, когда стало ясно что наиболее боеспособные формирования сирийской оппозиции - радикальные исламистские головорезы, а не "демократы", оказавшиеся в основном салонными шаркунами в европейских столицах, без заметной поддержки внутри самой Сирии.

В результате, к августу 2013 Сирия практически исчезла из новостей западных телеканалов. Сирийская оппозиция шла к неминуемому поражению, и только какие-то радикальные события могли повернуть развитие ситуации в её пользу.

Были и другие странные обстоятельсва химической атаки в Восточной Гуте. Сами сирийские войска, действовашие в этом районе, были явно не готовы к ней. У них не было в наличии средств химической защиты, и за атакой последовала артиллерийская перестрелка, обычная для этого времени, а вовсе не быстрая военная операция по освобождению района воспользовавшись нанесённым противнику ущербом. В числе пострадавших от химической атаки были всякие: анти-правительственные боевики, гражданские жители поддерживающие боевиков, гражданские на стороне правительства, солдаты сирийской армии. Судя по многочисленным видео на ютубе где фигурировали жертвы атаки, отравляющее вещество отличалось от боевого зарина, который был на вооружении сирийской армии. Боевой зарин крайне опасен не только для первоначальных жертв, но и для пришедших на помощь им медиков и спасателей. Он очень легко переносится на одежду и кожу вторичного контакта, так что стасателям нужно обязательно носить средства химзащиты. Но на ютубовских роликах медики и спасатели обращались с жертвами голыми руками, и серьёзных последсвий для них не было зафиксировано.

Западные СМИ, тем не менее, устроили настоящую истерику, обвиняя Асада в чудовищных преступлениях. Казалось, вот-вот начнётся новая война за "смену режима" ещё в одной стране. Но она так и не началась.

Несмотря на крайне агрессивную риторику, западным правительствам не удалось предьявить прямых и неопровержимых доказательств причастности правительства Асада к применению химоружия в Восточной Гуте. К концу августа парламенты и правительсва США и ближайших союзников начали получать от собственных разведок сигналы противоречащие "линии партии", и настроения стали меняться на более осторожные. Первым "сломался" британский парламент, проголосовавший 29 августа против разрешения правительству Камерона присоединяться к анти-сирийской коалиции. Кабинет Обамы оставался более воинственным чем собственные американские военные и разведывательные ведомства. Но 7-го сентября в своём выступлении Обама, вместо того чтобы обьявить о ближайшем начале военых действий, обратился за разрешением Конгресса. Было ясно что война откладывается. Многие конгресмены были уже завалены гневными письмами своих избирателей, не желавших очередной военной авантюры Вашингтонских плутократов. Общественное мнение было уже настроено против войны. Через несколько дней Обама и Асад согласились на сделку предложенную российским МИДом: Сирия под международным контролем вывозит для уничтожения все свои запасы химического оружия. Лёгкость, с которой сирийские власти согласились на это, является ещё одним аргументом против их виновности в августовской химической атаке: химическое оружие для них теперь представлялось не важной частью военного арсенала, а скорее обузой, которая могла дать врагам повод для начала войны.

Вскоре начали проясняться некоторые детали событий 21 августа и связанных с ними. Сеймур Херш, знаменитый американский журналист-расследователь, раскрывший, среди прочего, уничтожение американскими войсками вьетнамской деревни Май Лай в 1968 и, несколько лет назад, скандал в иракской тюрьме Абу Грейб, опубликовал статью Чей Зарин?. В ней обвинил в атаке в Восточной Гуте сирийских боевиков из исламистской организации Ал-Нусра. В пользу этог говорили многие обстоятельства. Один из аргументов Херша состоял в следующем. США поддерживали плотную сеть сенсоров и электронного мониторинга всех основных военных обьектов сирийской армии, связаных с химическим оружием. В дни, предшествовавшие атаке в Восточной Гуте, на этих обьектах не было зафиксировано никакой повышенной активности. Мезду тем зарин должен был загружаться в боеголовки незадолго до его использования, самое большее 2-3 дня. Химическая атака оказалась полной неожиданностью для американской разведки, так же как и для самой сирийской армии. Утверждение, сделанное Обамой в одном из последующих выступлений, о том что сирийские войска в зоне атаки накануне получили средства химической защиты, были враньём. Это было искажением разведданных относящихся к другому эпизоду, в декабре 2012, являвшемуся, по-видимому, эпизодом учений сирийской армии.

В последующие дни многие профессионалы из американских разведывательных и оборонных ведомств с отвращением наблюдали как администрация Обамы полностью искажает факты и данные разведки, подстраивая их под сиюминутную политику. В статье U.S. MILITARY CONFIRMS REBELS HAD SARIN бывший опытный военный аналитик Майкл Малуф, работавший в администрации Буша, написал что американской разведке было вполне известно о наличии зарина у сирийских боевиков. Скорее всего именно это зарин - а точнее смесь разных кустарно изготовленных отравляющих веществ, а не боевой зарин сирийской армии - и был применён в пригороде Дамаска. Ещё одно утверждение из статьи Херша касалось ракеты на которой был доставлен зарин. Обвинявшие режим Асада утверждали что полу-самодельная ракета "Вулкан", находившаяся на вооружении сирийской армии, доставила боеголовку с зарином с северо-востока с расстояния более 10 километров, с территории правительственной военной базы. Но по словам Херша, один из ведущих американских военных аналитиков Теодор Постол (я его знаю лично и посещал в начале 90-х семинары под его руководтсвом в Центре Стратегических и Оборонных Исследований в Массачусеттском Технологическом Институте) с коллегами проанализировал имеющиеся данные и пришёл к выводу что ракета имеет максимальную дальность не более 2-2.5 километров, и прилетела с севера, с территории в основном контролировавшейся оппозиционными силами (с вкраплением отдельных блок-постов правительственных войск).

Предыдущие расследования Херша как правило были опубликованы в NYTimes и других ведущих изданиях. В этот раз они отказались от публикации статьи Херша, и в результате его публикация появилась в менее читаемом London Review of Books. Через несколько месяцев, в апреле 2014 Херш опубликовал продолжение расследования - The Red Line and The Rat Line ("Красная линия и крысиная линия"), в котором он проследил конкретную роль турецкого правительства, турецкой разведки, а так же ЦРУ и властей Катара, в результате которой у боевиков Аль-Нусра оказалось химическое оружие, использованное для провокации.

Статьи Херша подвергались неоднократной критике со стороны тех кто "нисколько не сомневается" что только режим Асада мог быть ответственным за химическую атаку в Восточной Гуте. У Херша действительно есть недоказанные и сомнительные места. Но ни одно из опровержений, которые мне доводилось читать, не выглядело достаточно убедительным. Сценарий Херша к тому же вовсе не является единственным возможным при котором ответственность за атаку лежит на боевиках оппозиции. На основании только имеющихся технических данных нельзя однозначно отвергнуть как версию виновности Асада так и анти-правительственных повстанцев, хотя версия ответсвенности оппозиции выглядит предпочтительнее. С учётом политической составляющей, почти наверняка именно воюющие с Асадом боевики применили химическое оружие в тот день.

В конце концов провокация не сработала, и война была предотвращена. Это было уже второе крупное поражение администрации Обамы в отношениях с Россией за несколько месяцев (после истории со Сноуденом). Американские власти стали искать возможность взять реванш. Такая возможность представилась несколько месяцев спустя на Украине. Но это - уже другая история.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 39 comments