О наказании Германии
К широко обсуждавшимся текстам Сергея Сумленного про бомбовую войну против гражданского населения Германии и про изгнание немцев из Восточной Европы после войны:
http://sumlenny.livejournal.com/491028.html
Не буду встревать во все многочисленные поднятые вопросы (немало всего было уже сказано). Просто приведу две небольших субьективных зарисовки.
Первое. Когда-то в начале 80-х, ещё до перестройки, мне довелось прочитать сборник переписки "Большой тройки" (Сталина, Рузвельта и Черчилля) времён войны. Это было весьма редкое издание (с тех пор я его ни разу не видел), явно не массовое и практически свободное от советских пропагандистских стереотипов. В нём были просто приведены письма этих лидеров друг другу, в количестве нескольких сотен штук, и с минимальными комментариями. Насколько хорош был перевод с английского я судить не могу, но общее впечатление было - вполне адекватный и квалифицированный, и, как я уже упоминал, в основном свободный от советских штампов.
Сейчас я уже мало помню подробное содержание, но одно из стойких впечатлений, сложившихся из этого чтения было следующим. В период 1943 - первой половины 1944, Сталин в каждом письме напоминал союзникам о скорейшем открытии второго фронта. То есть основной, доминирующей темой были поставки оборудования на советский фронт и "когда же, наконец, вы поможете со вторым фронтом"?
Ответы были выдержаны примерно в таком ключе: "скоро, скоро, но пока ещё нет, а пока мы посылаем вам фотографии аэросьёмки как прекрасно горят немецкие города после наших бомбардировок". В основном это исходило от Черчилля, и в меньшей степени от Рузвельта. По-видимому они считали что Сталина должны очень сильно радовать картинки пылающих немецких городов. Но в ответах Сталина эта тема не имела продолжение, и иногда чувствовалось раздражение от того что союзники уходят от темы. Именно в письмах Черчилля постоянно сквозила настоящая, неподдельная радость, восторг от того как "прекрасно пылают города". Письма Сталина были почти бесстрастны, он старался решать практические вопросы снабжения и планирования операций. В прочтении этих писем, именно Черчилль, а вовсе не Сталин, производил впечатление наклонностей мстительного, по-настоящему одержимого маньяка.
Второе. Мой покойный отец прошёл войну от Курской дуги до Праги (куда их в последний момент развернули с берлинского направления), и, естественно, в дестве я слышал немало рассказов о войне. Среди этого были эпизоды из Восточной Европы, в основном Польши. Я помню, в частности, один такой рассказ. Освободив какой-то небольшой польский городок (названия не помню) и, едва занявшись расквартировкой на месте, они услышали страшный шум и крики доносящиеся с центральной площади. Бросившись туда, они застали примерно следующую картину. Разьярённая толпа местных жителей "прогоняли через строй" другую группу - как оказалось, местных этнических немцев, которые при немецкой оккупации занимали привелегированное положение. В основном это были женщины и пожилые мужчины. С них почти всех уже была сорвана одежда и толпа яростно лупила их палками, ремнями и другими подручными предметами. Советским солдатам пришлось вмешаться чтобы прекратить экзекуцую, что было совсем не просто. И это далеко не единственный эпизод - совершенно рутинными были случаи когда немецкие беженцы искали защиты в расположении советской армии именно от местных жителей (отец рассказывал о нескольких таких эпизодах).
Подобное было и в Чехословакии, хотя, как правило, более "гуманно". Местных немцев чехи сажали на грузовики целыми семьями, разрешая взять с собой пару чемоданов, довозили до границы и просто сбрасывали на дорогу. Таким образом было депортировано сотни тысяч, если не миллионы, бывших жителей этих мест. Советская армия практически не могла это остановить, без риска сразу же войти в конфликт с местным населением, которые практически без исключения везде встречали их как освободителей.
Сумленного некоторые комментаторы упрекали в "германофилии". Я не сомневаюсь что Германия заслужила очень многое из того что с ней произошло в конце войны. Но тут дело в другом. Сейчас, в последние 5-10 лет всё больше муссируется тема (в северо-восточной Европе, и с услужливой подачи, главным образом, британской публицистики) "зверств Советской Армии", "миллионов изнасилованных немок" и т.п. В некоторых источниках уже доходит до прямой апологии нацизма, и во многих - мысль о том что при немцах да, плохо было, но при "русской оккупации" за "железным занавесом" стало ещё хуже. Публикации в Эксперте - хорошее напоминание того кто с наибольшим энтузиазмом тогда (а не в нынешней интерпретации) участвовал в этих "зверствах на территории побеждённого противника".
Кстати, находясь довольно продолжительное время в Праге, отец квартировался у одной чешской семьи, где его называли его "пан Кратов" - звучит прямо по чешски. У них было две дочки, лет трёх и шести, с которыми он часто ходил гулять в городской парк (я помню фотографии, где каждая из них держат его за руки). Вот такой "экзистенциональный ужас перед русским варваром", ка сейчас в некоторых кругах описывается приход советских войск в Европу в 1945.
http://sumlenny.livejournal.com/491028.html
Не буду встревать во все многочисленные поднятые вопросы (немало всего было уже сказано). Просто приведу две небольших субьективных зарисовки.
Первое. Когда-то в начале 80-х, ещё до перестройки, мне довелось прочитать сборник переписки "Большой тройки" (Сталина, Рузвельта и Черчилля) времён войны. Это было весьма редкое издание (с тех пор я его ни разу не видел), явно не массовое и практически свободное от советских пропагандистских стереотипов. В нём были просто приведены письма этих лидеров друг другу, в количестве нескольких сотен штук, и с минимальными комментариями. Насколько хорош был перевод с английского я судить не могу, но общее впечатление было - вполне адекватный и квалифицированный, и, как я уже упоминал, в основном свободный от советских штампов.
Сейчас я уже мало помню подробное содержание, но одно из стойких впечатлений, сложившихся из этого чтения было следующим. В период 1943 - первой половины 1944, Сталин в каждом письме напоминал союзникам о скорейшем открытии второго фронта. То есть основной, доминирующей темой были поставки оборудования на советский фронт и "когда же, наконец, вы поможете со вторым фронтом"?
Ответы были выдержаны примерно в таком ключе: "скоро, скоро, но пока ещё нет, а пока мы посылаем вам фотографии аэросьёмки как прекрасно горят немецкие города после наших бомбардировок". В основном это исходило от Черчилля, и в меньшей степени от Рузвельта. По-видимому они считали что Сталина должны очень сильно радовать картинки пылающих немецких городов. Но в ответах Сталина эта тема не имела продолжение, и иногда чувствовалось раздражение от того что союзники уходят от темы. Именно в письмах Черчилля постоянно сквозила настоящая, неподдельная радость, восторг от того как "прекрасно пылают города". Письма Сталина были почти бесстрастны, он старался решать практические вопросы снабжения и планирования операций. В прочтении этих писем, именно Черчилль, а вовсе не Сталин, производил впечатление наклонностей мстительного, по-настоящему одержимого маньяка.
Второе. Мой покойный отец прошёл войну от Курской дуги до Праги (куда их в последний момент развернули с берлинского направления), и, естественно, в дестве я слышал немало рассказов о войне. Среди этого были эпизоды из Восточной Европы, в основном Польши. Я помню, в частности, один такой рассказ. Освободив какой-то небольшой польский городок (названия не помню) и, едва занявшись расквартировкой на месте, они услышали страшный шум и крики доносящиеся с центральной площади. Бросившись туда, они застали примерно следующую картину. Разьярённая толпа местных жителей "прогоняли через строй" другую группу - как оказалось, местных этнических немцев, которые при немецкой оккупации занимали привелегированное положение. В основном это были женщины и пожилые мужчины. С них почти всех уже была сорвана одежда и толпа яростно лупила их палками, ремнями и другими подручными предметами. Советским солдатам пришлось вмешаться чтобы прекратить экзекуцую, что было совсем не просто. И это далеко не единственный эпизод - совершенно рутинными были случаи когда немецкие беженцы искали защиты в расположении советской армии именно от местных жителей (отец рассказывал о нескольких таких эпизодах).
Подобное было и в Чехословакии, хотя, как правило, более "гуманно". Местных немцев чехи сажали на грузовики целыми семьями, разрешая взять с собой пару чемоданов, довозили до границы и просто сбрасывали на дорогу. Таким образом было депортировано сотни тысяч, если не миллионы, бывших жителей этих мест. Советская армия практически не могла это остановить, без риска сразу же войти в конфликт с местным населением, которые практически без исключения везде встречали их как освободителей.
Сумленного некоторые комментаторы упрекали в "германофилии". Я не сомневаюсь что Германия заслужила очень многое из того что с ней произошло в конце войны. Но тут дело в другом. Сейчас, в последние 5-10 лет всё больше муссируется тема (в северо-восточной Европе, и с услужливой подачи, главным образом, британской публицистики) "зверств Советской Армии", "миллионов изнасилованных немок" и т.п. В некоторых источниках уже доходит до прямой апологии нацизма, и во многих - мысль о том что при немцах да, плохо было, но при "русской оккупации" за "железным занавесом" стало ещё хуже. Публикации в Эксперте - хорошее напоминание того кто с наибольшим энтузиазмом тогда (а не в нынешней интерпретации) участвовал в этих "зверствах на территории побеждённого противника".
Кстати, находясь довольно продолжительное время в Праге, отец квартировался у одной чешской семьи, где его называли его "пан Кратов" - звучит прямо по чешски. У них было две дочки, лет трёх и шести, с которыми он часто ходил гулять в городской парк (я помню фотографии, где каждая из них держат его за руки). Вот такой "экзистенциональный ужас перед русским варваром", ка сейчас в некоторых кругах описывается приход советских войск в Европу в 1945.