Kirill Pankratov (neznaika_nalune) wrote,
Kirill Pankratov
neznaika_nalune

Categories:

Где православие?

На дебатах Новодворской-Холмогорова, помимо, мягко говоря, неоднозначной репутации обоих участников, и конкретной проблемы о введении ОПК в школах, фундаментальным вопросом был следующий - является ли Россия православной страной? Казалось бы участниками предложены исчерпывающие альтернативы для будущих ориентиров - "общехристианское" западничество Новодворской и возвращение к православному обществу (даже допетровских времён) в позиции Холмогорова. Но на самом деле это вовсе не исчерпывающие варианты ответа.

Так вот, Россия - больше не является православной страной, и уже не будет ей. Но православная культура, её традиции и наследие будут играть в ней весьма значительную роль. И даже введение школьного курса православной культуры и истории не противоречит вышеуказанному и вполне допустимо (если это не превращать в Закон Божий и поповщину). Поясню ниже.

Цивилизацию (как культурно-историческую формацию - например, античную, западно-христианскую или восточно-христианскую, т.е. православную) нередко ассоциируют с живым организмом, который проходит стадии от детства и молодости (дикости и варварства) до зрелого возраста - максимального расцвета, затем старости, немощи и упадка. Эта метафора не самым лучшим образом отражает эволюцию основных цивилизаций - как в начале так и в конце развития. В частности гибель, крушение цивилизаций обычно происходит не в результате долгого периода "старческой немощи", а почти на вершине своего культурного развития, с высокоорганизованной экономикой и мощной армией (это всё может находиться в острейшем кризисе в самом конце, но по историческим масштабам этот период бывает очень мал).

Более продуктивно на мой взгляд сравнение цивилизации с домом. Он может строиться очень медленно и постепенно - с маленькой хибары, чуть ли не переносного шатра, а может - с достаточно быстро возведённых стен по разработанному плану. Но всё равно, в начале он выглялит грубым и необжитым - голые стены, торчащие доски, незакопанные канавы рядом. Постепенно он обживается, обрастает "культурным достоянием" - делается внутренний ремонт, на стены вешаются картины и фотографии, мебель расставляется всё более удобным образом, на полках всё больше красивой посуды. Дом становится всё более уютным и богатым, но одновременно с этим начинаются и распадные процессы. Где-то заводятся тараканы и клопы, иногда начинает протекать крыша, термиты подьедают стены, крошится штукатурка. Периодически производится довольно существенный ремонт и переделки, которые исправляют это. Но постепенно количество вещей становится уже обременительным нагромождением которое всё же жалко выкинуть, ремонт превращается в заплаты на заплатах, новые слои обоев ложатся на всё более хлипкие стены, подгнивает и перекашивается фундамент, покрываются пылью расставленные на полках книги и посуда. Само "культурное наслоение" оказывается таким громоздким и несообразным, что силы общества во многом тратятся на то чтобы поддерживать его, делать заплаты и пытаться косметическим ремонтом исправить внутреннюю гниль и устаревание. С тараканами и термитами уже не помогают никакие средства. Диваны просижены и до чёртиков надоели, в каждом углу завалы старого хлама, водопровод и канализация протекает во всё новых местах. При этом отдельные части дома по прежнему остаются весьма уютными, а внешне он производит впечатление благополучия и даже роскоши - свежая покраска, великолепные картины на стенах, новый модный светильник и т.д. Но всё время жить в таком доме становится всё менее комфортно, и в конце концов почти невозможно.

Нужно не просто делать ремонт, а строить новый дом. Сначала из разрушаюшегося, уже опротивевшего дома для нового выносятся только самые практичные, необходимые вещи - доски, столы, стулья, ещё кое-какая мебель. Все прочие финтифлюшки, старые книги и хрустальная посуда остаются в старых комнатах или упакованы в ящики в подвале. Постепенно новый дом обживается. И тогда семья вспоминает что выцветшая надоевшая фотография на самом деле классно смотрится на новой стене, в старом доме в ящиках осталась прекрасная книжная коллекция которая, если её основательно разобрать, хорошо размещается в новом шкафу. Осточертевший казалось бы чайный сервиз с многослойной накипью и грязью можно отбелить и использовать снова, с приятным ностальгическим ощущением.

В новом доме оказывается множество полезных и приятных вещей из старого. Но это всё-таки новый дом, с другими стенами, планировкой и другим видом за окном. К старому дому возврата нет, старое и новое культурное наследие не вместится в его дряхлые стены.

С обществом (цивилизацией) происходят схожие вещи. Так, на обломках античной цивилизации была построена новая, христианская - на почти полном отрицании античной, языческой культуры, отвратительной для христиан. И только в позднем средневековье стал всё больше проявляться интерес к классическому культурному наследию - "книжным коллекциям и чайным сервизам" прошлого. В XV веке начался настоящий расцвет, во многом основанный на культурных образцах из далёкого прошлого. Это далеко не единственный пример. В Китае VII века н.э., после разрушения старой конфуцианской цивилизации империи Хань и периода упадка в IV-VI веках, сравнимого с ранним европейским средневековьем, могучая империя Тань возникла на принципиально новых основаниях. Её идеологией стало отрицание конфуцианства и религиозно-культурной основой её стал буддизм махаяны ("большого круга"). В начале VIII века в новой столице, Шаньгане (самом большом городе мира того времени), количество буддистких храмов почти в 10 раз превышало количество прочих культовых сооружений. Но уже в следующем большом секулярном цикле - эпохи Сунь - начался ренессанс конфуцианства. Новые "длинные волны" с преобладанием конфуцианства и буддизма перемежались, в конце концов образуя единое целое. Но это новое общество, используя старые традиции, всё-таки принципиально отличалось от старой империи эпохи Хань, так же как Европа эпохи Возрождения принципиально отличалась от общества Римской империи, хотя культура последней играла в ней очень большую роль.

Похожая история в становлении исламской цивилизации. Ранний халифат Умайядов строился на почти полном отрицании традиций персидской империи Сассанидов, которая подвергалась репрессиям. Но вскоре произошло восстановление многих элементов старой, зороастрийской культуры, и в эпоху расцвета Аббасидского халифата персидское культурное наследие было очень заметно, иногда доминировало. Но это уже была всё-таки принципиально новая цивилизация, не сводимая к продолжению зороастрийской цивилизации персидских и парфянских империй.

Падение Российской империи, революции 1917, стали событием намного большего масштаба чем просто конец очередной династии и завершение длинного секулярного цикла. Они стали именно цивилизационным сломом - падением старой цивилизации (православно-христианской) и рождением новой, строительством совсем нового дома. На первых порах этот дом был свежим, но грубым и неотёсанным - без хрустальных наборов и тысячи уютных мелочей которые характеризуют давно обжитое место. Ненавистный "старый хлам" оставался под обломками и в запасниках, запечатанным в коробки. Но по мере его развития и обустройства выясняется что всё больше полезных и для нового дома вещей можно найти в старых ящиках, и они вполне органично размещаются на книжных полках и в новых шкафах.

Так что для нынешнего российского общества многие православные традиции будут играть заметную роль - и влияние некоторых из них будет увеличиваться. Для значительного сегмента общества православие будет не просто трацицией но и жизненной идеологией. Но это всё равно будет уже другое общество - а не продолжение старой Российской Империи, каким-то образом временно прерванной советской эпохой. Это молодое общество, и цивилизационной основой для него будет оставаться Советский Союз - его первая итерация, первый мощный секулярный цикл. У него так же есть и брат-близнец (подобно двум цивилизациям - западно- и восточно-христианской, которые возникли из руин античного общества). Это - нынешний Китай, который образовался на обломках буддистко-конфуцианской цивилизации, погибшей в первой половине XX века, и который при всём своеобразии и рыночных реформах последних десятилетий во многом построен по советскому образцу.

Это не значит что российское общество обречено быть продолжением СССР - с госпланом, портретами Политбюро на демонстрациях, и талонами на сахар. Но не это определяет цивилизационную основу - а ведущая религия, понимаемая в обобщённом смысле, как общественное мировоззрение. В этом смысле российское общество остаётся "советской" (или "светской") цивилизацией, принципиально отличающейся как от царской России так и от западно-христианского общества.

Я считаю, таким образом, что принципиально не правы как Холмогоров так и Новодворская. Россия не может вернуться в "Святую Русь" (особенно в допетровские времена, по идеологии Холмогорова), так и не может "уплыть на Запад", как предлагает Новодворская. Не потому что это плохо или хорошо, но потому что "так не бывает" - 5 тысяч лет человеческой истории противоречат подобным сценариям. Многие культурные элементы как от православной, так и западной цивилизации (и других существующих), будут использованы в новом "доме" российской цивилизации. Но это всё-таки другой, её собственный дом.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 23 comments