Ощущение времени
Статья Ольшанского "Обрыдло" в РЖ, на самом деле, просто замечательно иллюстрируют мою собственную "Притяжение Земли" там же. Как всегда он пишет офигенно интересно, независимо от кучи несообразностей, алогичностей и рефлексивных вывертов. Статья Ольшанского - крик души скучающего интеллигента в эпоху всеобщего Петросяна и "Фабрик Звёзд", "Эсквайра" и "Смарт Мани". Это не просто личные ощущения Ольшанского, это символизм переживаемого исторического момента.
Я писал что наиболее близко нынешний период можно сравнить с послевоенной Америкой (а в более широком смысле - с первоначальным периодом стабильности после затяжного периода кризисов и потрясений):
В самой Америке в течение двух послевоенных десятилетий царила атмосфера ленивого конформизма, буржуазной пошлости. После интеллектуального бурления предвоенных десятилетий, расцвета джаза и фокстрота, золотого века кинематографа - стремительно распространяющееся в 50-е годы телевидение прививало унификацию вкусов, мещанскую развлекаловку, благолепный патернализм сериалов "I love Lucy", "Father knows best". Отеческий голос телеведущего Уолтера Кронкайта заменял десяткам миллионов зрителей их собственное суждение. Женщины возвращались в дома, наполнявшиеся чудесными новыми стиральными машинами, холодильниками и гарнитурами, растили детей. В конце каждого рабочего дня электрички выбрасывали в стремительно расширяющиеся пригороды многомиллионную популяцию офисного планктона, в одинаковых костюмах и шляпах. Инакомыслие изгонялось из масс-медиа. Никакие Политковские и Киселевы в Америке 50-х годов не могли и мечтать о доступе к сколько-нибудь значительным СМИ. Тысячи людей были уволены с работы, некоторые попали в тюрьму во время маккартистских "охот на ведьм" за малейшие подозрения в нелояльности и симпатиях к коммунизму.
Действительно, что касается прекрасного пола - после суфражисток, первой волны феминисток, Заклёпщицы Розы списанной с советских плакатов первых пятилеток - женщин вставших к станку вместо ушедших на войну мужчин - послевоенные женщины превращались в послушных домохозяек у плиты, встречающих мужей с приготовленным обедом и пропылесосеннным ковром.
Творческая интеллигенция скучает и плюётся. Идеология практически кончилась. Всемирная социалистическая революция уже вроде не светит, как и другие радикальные преобразования. До революционной второй половины 60-х ещё далеко. Пролетарии покупают автомобили и кухонные комбайны. Искусство мелко и утилитарно. Богема скукожилась до небольших кафешек в Гринвич Вилладж и нескольких улиц в Сан-Франциско. Обрыдло...
В более широком историческом контексте я писал что рост экономики и социальная стабильность находятся обычно в противофазе с расцветом искусства и интеллектуальной жизни:
Великая культура порождается великими общественными потрясениями или хотя бы великими сомнениями. Она не рождается в благополучный, "буржуазный" период, когда вкусы опошляются и проясняются одновременно, обычно после затяжного периоды чернухи и декаденства.
Чадаев, точно в тему, спрашивает:
Ольшанскому, индрёнть, опять нужны великие потрясения...
Аааа... скучно...
Я писал что наиболее близко нынешний период можно сравнить с послевоенной Америкой (а в более широком смысле - с первоначальным периодом стабильности после затяжного периода кризисов и потрясений):
В самой Америке в течение двух послевоенных десятилетий царила атмосфера ленивого конформизма, буржуазной пошлости. После интеллектуального бурления предвоенных десятилетий, расцвета джаза и фокстрота, золотого века кинематографа - стремительно распространяющееся в 50-е годы телевидение прививало унификацию вкусов, мещанскую развлекаловку, благолепный патернализм сериалов "I love Lucy", "Father knows best". Отеческий голос телеведущего Уолтера Кронкайта заменял десяткам миллионов зрителей их собственное суждение. Женщины возвращались в дома, наполнявшиеся чудесными новыми стиральными машинами, холодильниками и гарнитурами, растили детей. В конце каждого рабочего дня электрички выбрасывали в стремительно расширяющиеся пригороды многомиллионную популяцию офисного планктона, в одинаковых костюмах и шляпах. Инакомыслие изгонялось из масс-медиа. Никакие Политковские и Киселевы в Америке 50-х годов не могли и мечтать о доступе к сколько-нибудь значительным СМИ. Тысячи людей были уволены с работы, некоторые попали в тюрьму во время маккартистских "охот на ведьм" за малейшие подозрения в нелояльности и симпатиях к коммунизму.
Действительно, что касается прекрасного пола - после суфражисток, первой волны феминисток, Заклёпщицы Розы списанной с советских плакатов первых пятилеток - женщин вставших к станку вместо ушедших на войну мужчин - послевоенные женщины превращались в послушных домохозяек у плиты, встречающих мужей с приготовленным обедом и пропылесосеннным ковром.
Творческая интеллигенция скучает и плюётся. Идеология практически кончилась. Всемирная социалистическая революция уже вроде не светит, как и другие радикальные преобразования. До революционной второй половины 60-х ещё далеко. Пролетарии покупают автомобили и кухонные комбайны. Искусство мелко и утилитарно. Богема скукожилась до небольших кафешек в Гринвич Вилладж и нескольких улиц в Сан-Франциско. Обрыдло...
В более широком историческом контексте я писал что рост экономики и социальная стабильность находятся обычно в противофазе с расцветом искусства и интеллектуальной жизни:
Великая культура порождается великими общественными потрясениями или хотя бы великими сомнениями. Она не рождается в благополучный, "буржуазный" период, когда вкусы опошляются и проясняются одновременно, обычно после затяжного периоды чернухи и декаденства.
Чадаев, точно в тему, спрашивает:
Ольшанскому, индрёнть, опять нужны великие потрясения...
Аааа... скучно...